• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:19 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Торможу... Только сейчас сообразил, что некоторое время назад от меня отписалась постоянная читательница.

Это была констатация факта. Как и большинство моих записей.

А вообще большинство дневников своих постоянщиков я с удовольствием читаю. Но почему-то не добавляю в избранное. Наверно, потому, что туда и так легко попасть.

00:33 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Надо попробовать выспаться.
А завтра забить наконец в комп новый рассказик... Или не совсем рассказик? И то, что я обещал Хельге. Не так много, конечно. Но руки не доходят.

16:11 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
С утра потащили по магазинам. А я был злой. По непонятным причинам. К концу этого сомнительного развлечения - уже по понятным.

На обратном пути подумалось... Постепенно разрушаются нормальные коммуникации с родителями. Даже не отношения - они оказались более прочной штукой и пока держатся. Надолго ли?
И проблема даже не в нас - нас с сестрой, для брата это все уже давно не актуально. Проблема в родителях. Я понимаю, разные интересы, разный юмор, разное отношение к жизни... Только можно же сделать какие-то шаги навстречу друг другу. Мы - пытались. Они - нет. А это уже получается, что мы прогибаемся под них, ничего не получая взамен. Неудачная сделка.
И все чаще приходит в голову мысль. Дети любви, хорошо... Но нужны ли любви дети? Похоже, не очень.

Блин, какой-то пессимизм пошел... На фиг! Я сегодня печальный и злой, потому и несу всякую чушь.

17:36 

Рассказик. Или не совсем рассказик

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Вот уж это зачем вешаю - самому непонятно. Написал я его нескольк дней назад. И от некоторых случайных фраз мне немного не по себе.

- Ну ты даешь, - сказал он. Я пожал плечами и отвернулся, как будто для того, чтобы взять папку с документами.
Он пробормотал еще что-то одобрительное и свалил. Так и не заметив того, что промелькнуло – я уверен, промелькнуло, - в моих глазах. И мелькнувшего следом страха.
Я боюсь. Боюсь, чего бы ни думали по этому поводу окружающие. Боюсь не увольнения, не финансового кризиса, не воров и маньяков, не пьяных водителей и не наркоманов, не вируса атипичной пневмонии и не СПИДа. Я боюсь сорваться. Я до дрожи в коленках боюсь самого себя. И это худший страх из всех. От него не спрячешься дома под одеялом.
Идя по подземному переходу, я сжимаю до боли в пальцах выкидуху в левом кармане и повторяю себе в сотый, в тысячный, миллионный раз: «Ты знаешь, что будет, если ты сейчас, вот с этой вот игрушечкой в руках позволишь себе сорваться?» Я знаю. И это помогает.
Каждый раз, заходя в помещение, где находятся люди – люди, от которых мне чего-то нужно и которым чего-то нужно от меня – я всегда, с самого раннего детства и до сегодняшнего дня, говорю себе – спокойнее. И сжимаю нож в кармане. Чтобы напомнить себе о последствиях. С этими людьми мне еще иметь дело. Так или иначе. Их не надо пырять ножом… Их не надо бить руками… ногами… вон той бронзовой хреновиной… Их не надо душить шнуром от лампы… И уж тем более их не надо выкидывать из окна. Их даже шокировать не надо. Или ни с того, ни с сего огрызаться на них.
Я вхожу. Они удивляются моему спокойствию даже в самые критические моменты. Они удивляются моему самообладанию. Они не знают, насколько это вошло в привычку. Они не знают, что у меня не хватает сил на посторонние, ненужные эмоции. Все силы уходят на борьбу с безумной ненавистью и яростью… И на страх, который всегда идет следом.
Я все планирую, все просчитываю, потому что так мне проще. Потому что это экономит мои силы.
Они привыкли к моему чувству юмора. Юмора, который далеко не всегда можно назвать черным. Они не знают, ЧТО я даже от самого себя скрываю за этими вечными шутками.
Они не знают, насколько это тяжело.
Я часто представляю себе это – нож, вошедший в человеческое горло. Рывок. Фонтан крови.
Нож, вспарывающий живот. Предсмертный крик и стоны.
Или просто – рукой по лицу…
Или просто – биение крови под пальцами руки, сжимающей горло. Сжимающей все сильнее и сильнее…
Да хотя бы отпинать ногами. Начальника. Коллег. Того случайного бомжа. Ту жирную бабу, прущуюся напролом со своими баулами. Ту субтильную девчонку, которая стоит посреди дороги с видом потерявшегося дауна и мешает проходу.
Я представляю это себе так ярко и так живо. И мне становится легче. Иногда я даже описываю это на бумаге. Иногда.
Но никто не замечает, что проскальзывает в моих глазах, когда я вдруг отворачиваюсь посреди разговора, когда ищу по карманам зажигалку (она всегда лежит в левом кармане рубашки). Никто не замечает, как я сжимаю что-то в кармане брюк. А если и замечает, то не представляет, что это может быть.
И я снова представляю себе, что я мог бы сделать. И с каждым днем все сильнее боюсь.
Боюсь, что однажды не смогу отличить фантазию от реальности. И даже сухой щелчок выкидухи в моей руке не отрезвит меня.
И сбудется давнишняя мечта, случится то, чего я всю жизнь боялся.
Я, потерявший рассудок, сорвавший тормоза, выйду на улицу и пойду туда, где люди. Впервые в жизни добровольно, с радостью пойду в толпу. Пойду. Быстрее, быстрее… Побегу. Туда, где нельзя сделать и шага, не наткнувшись на человека. И я буду налетать на них, ударяться плечом в плечо… в спину… в грудь… Куда придется! И ножом – в живот. И вторую улыбку под подбородком. И под кадык – по самую рукоятку. И…
Я боюсь попробовать кровь, почуять ее запах, ощутить теплую влагу на своих руках и не суметь остановиться. Боюсь увидеть страх в глазах того мента, который будет целиться в меня из пистолета. У него не будет мечты об убийстве. Он не оценит красоты этого. Он не будет знать, что я дарю освобождение от этого бессмысленного существования… В его глазах будет такой возбуждающий, такой животный страх крысы, загнанной в угол. Потому что он поймет – иначе меня не остановить. Потому что он поймет – если я дойду до него, его существование прервется так же легко… Загнанная в угол крыса убивает. Она защищается с яростью отчаяния, но ей неведома поэзия убийства, ей хочется бежать, отвести угрозу… И я боюсь, что встречу смерть с улыбкой. Избавление от бессмысленного существования…
Я боюсь этого. Потому что хочу это пережить.
А вы смеетесь. Вы читаете отрывки моей будущей книги, и в ваших тупых глазах нет и намека на понимание того, что однажды я выну нож из кармана, чтобы услышать его сухой щелчок, чтобы вонзить его по самую рукоять в горло.
Возможно, в ваше горло.

00:10 

Прошел тестик какой я бог.

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Результат меня не удивил.

Ну и самомнение! Вы - Локи!

Ваш юмор уже давно стал черным, ваши подначки уже давно стоят у всех поперек горла, вы пользуетесь устойчивой непопулярностью в кругу своих родственников... Какая у вас, черт побери, забавная жизнь!

15:40 

С Троицей нас всех.

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Поехали с папой на строительный рынок. Он закрыт. Потому как находится по пути на кладбище, машины будут загораживать дорогу, видимо, и вообще... Облом, короче.
Проехали до метро. Чтобы купить маме сигареты всего-навсего. Все перегорожено, и рынок тоже закрыт. Причем совершенно непонятно, какого черта. Он все-таки немного в стороне. И вообще, религиозные праздники, как выяснилось, напрягают меня больше, чем футбольные матчи. Фанаты футбола, конечно, агрессивней, но они в б.м. приличных количествах наблюдаются только между Парком и Спортивной, а вот во время религиозных праздников у нас у метро такое творится... Правда, сегодня было тихо. Может, волна уже прошла? Но в любом случае, вдвойне непонятно - фига все это устроили...

15:48 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Сегодня утром меня разбудили, чтобы сказать, что вечером я иду в театр. Человек думает, что в 12 часов уже можно звонить. В выходной. :D

16:18 

То ли лыжи не едут...

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Вчера... То есть уже сегодня, потому что дело было после полуночи, наткнулся я, переключая каналы TV на какой-то концерт. И первое что увидел надпись внизу экрана "Тату. Не верь, не бойся, не проси". :confused: Вот это самое "не верь, не бойся, не проси" вызывает у меня только одну конкретную :kruto: ассоциацию. И к Тату она отношения не имеет вообще никакого. Я мужественно послушал песню почти до конца, чтобы понять - в каком смысле не верь, не бойся не проси. Слова разобрать почти не удалось, потому что зал подпеавал, а у девочек не хватало голоса перекричать своих фанатов, но песня явно не о том, о чем я подумал.
Слава богу! :)

12:38 

Театр.

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Старая знакомая из тех, с кем дружим домами. Она переодически пытается меня куда-то вытащить. Иногда я соглашаюсь. Главным образом для того, чтобы понять, имеет ли смысл продолжать с ней общаться... Правда, она из тех людей, кого очень трудно послать в мягкой форме. Очередной раз убеждаюсь, что мы с ней слишком разные. До полного отсутствия точек соприкосновения. Если не считать частично совпадающих музыкальных пристрастий, но я никогда не считал это основанием для общения с человеком.
И очередной раз убеждаюсь, что это все мило и забавно, и посылать ее не очень-то хочется. Общаться более тесно - тоже. Хватит и этих встреч примерно раз в полгода, если не реже.

Театр... Театр начинается с вешалки. А "Современник" - с хорошо отлаженного конвейра. Скорость, с которой гардеробщицы носятся туда-сюда с куртками, не порождает, как не странно, грубости. Метания номерков и швыряния курток. Они даже не забывают сказать "пожалуйста" каждому посетителю. Они похожи на роботов - бесстрастных и хорошо отлаженных. Буфет - тот же конвейр. Жратвы там, впрочем мало.
Спектакль. И да и нет. Скорее, впрочем, нет. Слишком авангардно, наверно. И временами слишком затянуто, слишком необосновано. Но в целом - забавно.

Но я пропустил большую часть гонки! Обидно... Мне как-то не пришло в голову поставить на запись... Ну и сам дурак. :)

21:50 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Было собеседование в магистратуру. Бред какой-то...

22:25 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Иногда, очень редко... почти невероятно редко, учитывая последствия удара башкой об асфальт, у меня болит голова.
И я это ненавижу!
Черт бы с ней, что болит. Таблетки мне помогают мало, но не обращать внимания на боль - задачка далеко не из самых сложных. Гораздо хуже другое - чаще всего я перестаю соображать. Или думаю о-о-о-очень медленно. Жуткое ощущение.
А еще, когда болит голова, возвращается нюх. Почти такой же острый, как раньше. Но меня это совершенно не радует.
Только... Я с непонятным упорством делаю вид, что так и надо. Нельзя поддаваться слабости. Никогда.

17:20 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Когда я вошел в свою комнату, в голове сработал генератор дурацких шуток и выдал фразочку "Am I in Rebma?" Честно говоря я до сих пор полагал, что у меня рускоязычная версия...
Чтобы домыслить легкое колыхание зеленоватой воды не нужно было много воображения. И без того скудный свет пасмурного дня, умудрившийся просочиться в комнату через выходящее на север, да еще во двор окно, запутывался в плотном тюле, рассеивался по комнате двумя зеркалами, одно из которых еще и тонированное под бронзу (в солнечные дни их удачное расположение делает комнату действительно светлой, но сегодня слишком темно). Зелено-болотно-коричневая гамма гобеленовых обоев довершает иллюзию.
Как ни странно, получается почти красиво.

17:29 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Новый диск японской музыки, играющий у меня за спиной - потому что на музыкальном центре, а не через комп - явно пугает мою собаку. Потому что японцы, когда играют на барабанах, иногда чего-то выкрикивают. Собака сразу же расставляет уши-локаторы и бежит смотреть, в чем дело...

20:16 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
И все-таки я эстет...

11:39 

Я злой, как... как и положено собаке.

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Я, конечно, не против того, чтобы к нам в гости приезжал племянник даже на несколько дней. Как мы сможем повлиять на него, если он не будет приезжать? Но совсем другой вопрос - когда именно он приезжает.
Почему-то мама имеет скверную привычку устраивать его приезд в самый неподходящий момент. Впрочем, практически все, что она устраивает, бывает именно в неподходящий момент.
Вчера, когда мама говорила по телефону с этой жуткой бабой, бывшей тещей моего брата, я посмотрел в глаза сестры, и то, что я там увидел, мне жутко не понравилось. Там ясно читалось: "Убью всех, кроме тебя. Или сама сдохну".
И тогда я пошел к маме, и долго ходил кругами вокруг нее, тихо шипя "К твоему сведению, Альке еще к экзаменам готовиться надо". Шипеть приходилось тихо, чтобы баба на том конце провода не услышала. В противном случае мне пришлось бы потом пожалеть о бесцельно потраченных на выслушивание маминого мнения о моей воспитанности и всем прочем часах.
И чего я получаю в итоге? Мама говорит: "Привезете его в понедельник, и он останется до четверга..." Потом проникается моими аргументами и говорит: "Или до среды". Победа?
Фигушки! В итоге выясняется, что привезут его в воскресенье. И оставят, похоже, до той же среды.
Я одного понять не могу... Ну хорошо, единственный мамочкин внук - это замечательно, но о родной дочери надо тоже подумать! Хоть иногда. Она работает, да еще к экзаменам готовится. Параллельно. Человеку и отдохнуть бы неплохо. Нет! Она будет приходить с работы в дом, где носится это чудо, мы с ней совместными усилиями будем по полчаса объяснять мелкому, что играть с ним она не будет. Буду только я, и плевать, что обычно я уклонялся от этой почетной обязанности...
Изврат, разврат... И вообще, надоело!

12:05 

For Hellga

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Просто так... И самому приятно.

15:20 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Успел за сегодняшний день прогуляться до универа. Надо было забрать подписанную в деканате заяву на получение загранпаспорта. Чтобы потом тащиться в главный корпус ставить штампики и иные закорючки.
И мне там сообщают, что бумажку еще не подписали. Хорошо мне - я в 6ти минутах пехом от универа живу. Но вообще - очередное хамство. Сказали - приходите завтра. Я пришел. Не с утра пораньше, а в 2 с копейками.
Раздолбайское учреждение, короче.

16:20 

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Не хочу портить этот дневник пространными рассуждениями на тему "Жизнь-дерьмо". Так что будет так…
Юго-запад. Самый Юго-запад Москвы. Даже метро – Юго-западная. Солнце село совсем недавно. На востоке небо уже ночное. Почти ночное – все еще насыщенный, хотя и темный цвет. Небо на северо-западе светлое и прозрачное. Небо – палитра потрясающих оттенков синевы. Сомнительное украшение пейзажа, прозванное местными острословами «мелок» - неизвестно кому ныне принадлежащая высотка синего стекла – только в такие ясные вечера и выглядит красиво. Сочетание отражений оттенков неба в разных гранях. Иссиня-черный – и рядом светло-голубой… Новое здание у метро вообще смотрится глючно. Небо в клетку. В хорошем смысле. Просто небо, пронзительно-яркое, разлинованное в клетку. И никакого горизонта. И полуколонны посреди синевы. Глюк, но красиво.
Рыжеватые фонари. Темно-синие силуэты домов.
Красиво. «Ночь ее манила прочь от дома»…(с) Песня такая есть… Меня тоже манит. Только не за тем. Я ничего не ищу. Уж тем более – любовь или ее заменители на ночь, на месяц, на всю жизнь. Только не такой ночью. Меня просто тянет прочь. Ий-йех… Но именно сейчас – не судбьа.
***
Или написать – жизнь дерьмо? Я настолько силен или настолько слаб, чтобы позволить себе плакаться в жилетку всему миру?
***
Я проявил слабость или поступил разумно? Скорее – второе. Но… Это в краткосрочной перспективе. А в долгосрочной? Наверно, тоже.
Все же жизнь – дерьмо.

17:36 

Все-таки тестики поднимают настроение.

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Вы - Зубастик!

Вы маленький, но очень подвижный и кровожадный, хоть сами вы и небольшого роста, но ваша внушительная пасть и ваши сородычи, это грозное оружие.

Только в этом описании мне о-о-очень хочется исправить ошибки

19:52 

Супер-оффлайновый клиент.

Еще один дон Мигель д'Эспиноса
Ночью написал от руки нечто, весьма напоминающее пост для дневника. Надо это сюда запостить, но перебивать лень...

Потерялся и застрял где-то между 14 и 20 веком...

главная